Поиск по сайту

Glastonbury: как плыть по течению

Glastonbury 2016
Glastonbury 2016

Холм святого Михаила (Гластонберийский холм) связан в народных поверьях с легендами о короле Артуре. А еще, по преданиям, здесь расположен туннель между земным и духовным, преходящим и вечным: некоторые считают часовню на вершине холма не иначе как входом в астральный и мистический город Авалон. Примерно в семи милях от этого «места силы» в графстве Сомерсетшир, и неподалеку от одного из древнейших городов Англии Гластонбери, на ферме, принадлежащей Майклу Ивису, уже более сорока лет проводится крупнейший в Европе фестиваль современного исполнительского искусства — Glastonbury Festival, или просто Гласто.


Flow

Отличительной чертой Гласто является наличие большого количества сцен, выступления на которых происходят одновременно. Вероятно, организаторы при составлении лайнапа исходят из того, что фанаты New Order вряд ли заинтересуются творчеством Джеймса Блейка, и потому ставят их в одно окно расписания. В результате, те, кому все же хотелось увидеть и ветеранов-манчестерцев, и молодого певца из Лондона, вынуждены делать выбор в пользу кого-то одного, так как посетить оба сета, хотя бы частично, практически невыполнимая задача по причинам большого расстояния между сценами, большого скопления слушателей, и еще одной, о которой подробнее расскажем чуть позже.

Нам действительно это показалось проблемой: в пятницу в районе восьми вечера одновременно играют Foals, Bastille, Рошин Мерфи и Ронни Спектор, а через пару часов на разных сценах уже выступают Muse, Disclosure, Underworld и Sigur Rós — как выбрать, когда интересен каждый музыкант? В субботу в одно время на сцене: Tame Impala, Chvrches, Santigold, Fatboy Slim и Арт Гарфанкел, а чуть позже — M83, Джеймс Блейк, New Order и Адель. В воскресенье — Бек, Пи Джей Харви, Гэри Кларк мл., и чуть позже — Grimes, Earth, Wind and Fire, LCD Soundsystem и Coldplay. Многие артисты, выступающие на «второстепенных» сценах настолько самодостаточны, что могли бы стать хедлайнерами на десятке отдельных фестивалей. Пи Джей Харви, к слову, за неделю до Гласто возглавляла лайнап московского Ahmad Tea Music Festival.

Организаторы дают совет посетителям: стоит выбрать одного-двух музыкантов, сеты которых увидеть нужно во что бы то ни стало, а дальше отправиться в свободное плавание, отдаться течению. Мы прислушались к доброй рекомендации, и так как посещали Гласто впервые, решили остановиться на хедлайнерах, а там — как повезет. В итоге, и повезло, и не очень: так мы, совершенно неожиданно для себя, попали на выступлене Анушки Шанкар — индийской дивы, рисующей завораживающие музыкальные полотна на ситаре. Правильно выбранное (по советам бывалых) место для палатки позволило не отходя от нее посмотреть выступления Band of Skulls, Hurts, открыть для себя фолк американцев The Lumineers и очень приятный электро-поп HÆLOS. В то же время, пребывая в медитативном состоянии в кругу камней на поляне Sacred Space (выяснилось, что раньше там так же любил помечтать Крис Мартин из Coldplay) в километре вязкой грязи от «Пирамиды», мы бездарно пропустили выступление ZZ Top. Но нас поддерживали слова Ноэла Галлахера, который после посещения Гласто пару лет назад, высказался: «Я был там все три дня, но не видел ни одну гребаную группу. Смотрел все это на Iplayer, уже когда вернулся домой». Так что мы еще неплохо справились. А посмотреть там было на что, помимо музыкантов. Но сначала конечно о них.

Пятница

Старт основной музыкальной программы мы встретили возле «Other Stage» — второй по значимости сцены после легендарной «Пирамиды». Здесь первыми, с опозданием на час, выступили James — манчестерская группа, основанная еще в 1982 году. На главную же сцену примерно в эти минуты поднимался оркестр сирийских музыкантов, дирижируемый вездесущим Дэймоном Албарном. Вокалист James Тим Бут пребывал в превосходном настроении, улыбался, спускался с подмостков к поклонникам. Мелодичный и бодрый английский рок группы сразу задал позитивный настрой, продержавшийся до самого конца фестиваля. Наконец в полной мере мы осознали, где находимся. Дальше все шло только по восходящей: программа дня состояла по большей части из энергичных сетов: Two Door Cinema Club, Foals и Muse под занавес.

Панорама пространства перед «Pyramid Stage» (потяните изображение влево)
Панорама пространства перед «Pyramid Stage»
Панорама пространства перед «Pyramid Stage»
Панорама пространства перед «Pyramid Stage»
Панорама пространства перед «Pyramid Stage»
Панорама пространства перед «Pyramid Stage»

От Muse вообще можно заряжать аккумуляторы — вызывает восхищение энергия Мэтта Беллами (кстати, только что прилетевшего из Москвы после концерта в «Олимпийском»), его виртуозная игра и вокал, который не дрогнет ни разу (Крис Мартин вот, к примеру, немного задыхался после марафона на сцене и своих знаменитых прыжков). Мэтт быстро двигается, быстро и кратко говорит в паузах. Впрочем, и самих пауз, можно сказать, почти нет: песни соединялись одна с другой через интерлюдии, которые порой были даже более искусными, чем основные номера. На старых хитах фанаты зажигали файеры и стреляли из ракетниц, добавляя торжественности и без того пафосному мероприятию. Шоу по красочности, использованию спецэффектов, света, лазеров, не уступало другим концертам нынешнего турне Muse. Единственное отличие заключалось в том, что фестивальные сеты, как правило, короче сольных концертов, поэтому выступление группы из Девона пронеслось словно скоростной поезд и оставило легкое чувство неутоленного голода. Но чем замечательны большие фестивали — даже испытав яркие эмоции и увидев, возможно, лучший концерт в жизни, понимаешь, что завтра, скорее всего, все повторится. А послезавтра еще раз.

Суббота

У каждого из трех хедлайнеров Гласто-2016 была своя изюминка. У Muse это упомянутые интерлюдии. Хедлайнер субботы Адель же выступила как мастер стэндапа — не раз ее немузыкальные выступления длились даже подольше самих песен. Она приглашала на сцену поклонниц, интервьюировала их и дарила селфи, много шутила, разбавляя речь нецензурными словечками. Телевизионщики с BBC, ведущие трансляцию концерта, настоятельно попросили певицу быть сдержанной, но получили противоположный результат: один британский таблоид даже сосчитал, что молодая мамочка выругалась за полуторачасовой концерт целых 33 раза. Трансляция в итоге сопровождалась предупреждением: «Very strong language!». «Muse они об этом не попросили. Вот еще!».

В отличие от двух других хедлайнеров, которые хорошо знакомы с главной сценой Гласто, Адель выступала на ней впервые, и испытывала в этой связи неподдельный и нескрываемый восторг. «Это лучший момент в моей жизни. Гластонбери значит для меня очень много. Я всегда мечтала сделать это, но боялась. Теперь этот момент настал, и он — превосходен». Будучи по жизни открытой и искренней, Адель привлекает людей и как личность. Она может подзабыть слова песни, выругаться, и запросто начать заново, умилиться или залиться смехом. Ей аплодировали и дети, и старики — перед сценой были все. Сложно удержаться от штампа: ее концерт действительно произвел фурор на Гластонбери. До этого выступления я верил, что на зарубежных концертах зрители соблюдают дистанцию, а посещение Лондона, где даже в час пик пассажиры не касаются друг друга, только прибавило уверенности в этом. Но не тут-то было: на концерте Адель все было на месте: и давка, и толчки в спину, движение толпы и боязнь оставить увязшие в грязи сапоги в одном месте, будучи перенесенным под локти в другое.

Адель на фестивале Glastonbury (скриншот трансляции). Менеджмент певицы не разрешил профессиональную съемку на концерте, а BBC, в свою очередь, не стала открывать доступ к видео с Адель на YouTube.

Но все не важно: увидеть и услышать Адель дорогого стоит — она действительно королева. Сильный чистый голос и уверенное исполнение под стать ему мощных песен вроде «Skyfall», просто обезоруживают. Ей подпевали скромные девочки и напившиеся пива хулиганы: лондонская певица, записавшая лучший альбом года, обогнавший по продажам ближайшего преследователя в четыре раза, сумела объединить всех, независимо от музыкальных пристрастий, расы, языка, социального положения — градус взаимной любви в этот вечер зашкаливал, а поле было освещено огоньками 135 тысяч зажженных на телефонах фонариков. В один момент организаторы даже обеспокоились безопасностью слушателей и менеджер певицы сделал заявление, в котором попросил стоящих на холме поклонников быть внимательнее, так как скользкая почва могла спровоцировать падение и давку. Но, к счастью, все обошлось без жертв.

Чуть ранее в субботу нам посчастливилось застать выступления The Last Shadow Puppets и Tame Impala. Первые смотрелись на сцене «Пирамиды», что называется, аутентично. Именно с такой музыкой легче всего получается ассоциировать английский рок: стильные, немного дерзкие, пластичные, с юмором и очень талантливые. Алекс Тернер уверенно чувствует себя в Arctic Monkeys, но очевидно получает удовольствие и от участия в данном сайд-проекте. Австралийцы Tame Impala пребывали в романтической задумчивости, их композиции в своем психоделическом сиянии естественным образом развивали начатую The Last Shadow Puppets игру в ретро: порой было чувство, что ты перенесся во времени куда-то в начало семидесятых, когда Гласто только родился, был бесплатным и собирал всего пару тысяч любителей живой музыки. Вокалист Кевин Паркер поприветствовал гостей «лучшего фестиваля в мире» и исполнил песню, которая и без того уже несколько дней звучала из каждого динамика — даже бесцеремонно со сцены, прямо перед выходом хедлайнеров — «Let It Happen».

Воскресенье

В воскресенье на «Пирамиде» выступал человек, который о семидесятых знает не понаслышке. Electric Light Orchestra появилась в 1970 году, практически одновременно с фестивалем, и в первую декаду достигла мирового признания и платиновых продаж. Сегодня вокалист группы Джефф Линн известен не только как автор и исполнитель, но и как один из величайших продюсеров, работавший с Томом Петти, Роем Орбисоном и музыкантами Битлз (для антологии 1995 года именно он спродюсировал восстановление из демо-записей двух песен Леннона — «Real Love» и «Free as a Bird»).

Честь закрытия основной программы досталась группе Coldplay. По такому исключительному поводу команда приготовила множество сюрпризов и посвящений. Сет начался пацифистской речью героя Чарли Чаплина из фильма «Великий диктатор» (1940), по сюжету которого цирюльник, похожий на фюрера, выступает на митинге от его имени, и произносит совершенно не свойственные диктатору слова о братстве, о том, что все должны помогать друг другу, призывает объединиться в борьбе с тиранией. Появившийся после такого «разогрева» Крис Мартин поцеловал сцену и открыл концерт, равного по красочности которому на Гласто наверное еще не видели: фейерверки всех цветов радуги, серпантин, невероятной красоты лазерный спектакль. Ни фото, ни видео не передадут по-детски восторженных впечатлений от такого шоу: лазерные пушки находились не только на сцене, но и на вышках с акустическими системами, рассредоточенных по полю, и лучи покрывали все пространство перед сценой. Сверкающая серебряная пыль, расстилающаяся над головой на расстоянии вытянутой руки — очень эффектный визуальный прием, но добавьте к этому еще синхронное разноцветное мигание светодиодных браслетов, выданных всем желающим перед концертом — это был гимн современным сценическим технологиям.

Выступление на Гласто являлось частью продолжающегося мирового турне Coldplay, поэтому сет-лист включал больше половины песен из нового альбома «A Head Full of Dreams». На «Everglow» вокалист прервал выступление, и сообщив о неких технических проблемах, предложил исполнить песню в акустике. Уж не знаем, было ли это заготовкой, но получился очень эффектный номер: экраны погасили, максимально приглушили свет, и Крис пел, сидя за фортепиано, в то время как тысячи людей слушали, не подпевая. В конце на экранах появился видеоряд с кадрами хроники Мохаммеда Али — так было сделано посвящение еще одному герою, покинувшему мир в этом году.

Очередным трибьютом стало исполнение композиции инди-группы Viola Beach, трагически погибшей в полном составе под Стокгольмом зимой этого года. Молодой английской команде прочили успех, ее пиаром занимался Лиам Галлахер. Крис произнес трогательную речь и сообщил, что парни заслуживают альтернативного будущего и непременно должны выступить на Гластонбери, после чего на экранах включили видеоклип «Boys That Sing», а после куплета и припева к исполнению подключились музыканты Coldplay.

Вскоре всех ждал еще один большой сюрприз: на сцену поднялся Барри Гибб — живая легенда, один из Bee Gees, обладатель узнаваемого фальцета, по количеству написанных хитов уступающий разве что Полу Маккартни. Все снова отправились в семидесятые и хором исполнили «Staying Alive» и даже чуть раньше — в шестидесятые с «To Love Somebody». Невероятно и незабываемо.

Казалось, удивить публику уже нечем, но и это еще не был финал: во время исполнения «Up&Up» подпевать Крису на сцену поднялись его дети Эппл и Мозес, а их мама Гвинет Пэлтроу тем временем снимала выступление на телефон из-за кулис. Крис с детьми появлялся на Гласто два года назад — судя по всему, им понравилось.

Концерт уже выходил за отведенные рамки, с экранов с напутственным словом обратился организатор и хранитель духа фестиваля Майкл Ивис. Но Крис предложил: давайте попросим у Майкла разрешения спеть еще одну песню? И тут на сцене появился сам мистер Ивис. Любимец публики, обросший легендами, восьмидесятилетний добрячок-старичок взял микрофон, и под аккомпанемент Coldplay исполнил «My Way» Фрэнка Синатры. Получилось это так хорошо, что Крису не оставалось ничего иного, кроме как отыграть репризу из «Up&Up», чтобы вновь переключить внимание на себя. С последними аккордами песни в небо устремились залпы фейерверков.

Учитывая множество сюрпризов и приглашенных гостей, мы смело предположили, что во время исполнения «Up&Up» на сцене может появиться и горячо любимый нами Ноэл Галлахер, который записал на альбоме гитарное соло для этой композиции. Но этого не произошло. Тем не менее, буквально через 15-20 минут, когда мы находились недалеко от пресс-тента, буквально в паре метров от нас распахнулась дверь, и оттуда вышел старший Галлахер собственной персоной. Поистине, на Гласто происходят чудеса. Доподлинно неизвестно, чем занимался и сколько пробыл на фестивале Ноэл, но вскоре в его инстаграме появилось селфи с Барри Гиббом.

Добавим, что место для сюрпризов оставалось всегда: запросто на какой-нибудь небольшой сцене под тентом можно было обнаружить вчерашних хедлайнеров. Так, к примеру, в «Croissant Neuf» выступали Travis, которые даже не были заявлены на афише фестиваля. А в «Shangri-La» ночью диджеил Кевин Паркер, который еще недавно выступал на «Пирамиде» со своей группой Tame Impala (его мы тоже случайно увидели в толпе вскоре после Ноэла).

До закрытия Гласто-2016 оставалась ночь, которую, как и все предыдущие, при желании можно было провести на одной из танцевальных площадок: «Unfairground», «The Common» или «Block 9», постапокалиптические декорации которой заставляют почувствовать себя героем фантастических фильмов. Не менее эффектна и сцена «Arkadia» — киберпанковский паук, изрыгающий в небо столпы огня под музыку самых известных диджеев вроде Карла Кокса и Тода Терри.

Не только музыка

Гластонбери — не только музыкальный фестиваль. Здесь представлены цирки и театры, программы которых были бы достойны отдельных фестивалей. Есть «Kidz Field» — секция аттракционов для детей и взрослых, желающих ненадолго вернуться в детство. Проводится масса самых разнообразных мастер-классов, на которых можно научиться вышивать, выпиливать деревянные скульптуры или танцевать сальсу. Есть площадки для чтения стихов и политических дискуссий. Есть потайные места, где можно перевести дух и побыть в тишине в окружении цветов и фонтанов. Вполне возможно, что те, кто приезжает сюда регулярно, не стремятся непременно попасть к «Пирамиде», а составляют альтернативную программу — сотня сцен и тысячи артистов дают возможность придумать неисчислимое множество вариантов времяпровождения.

Площадь, отводимая для праздника, составляет примерно 4,5 км². Это настоящий мегаполис. Здесь печатается местная газета (докомпьютерным способом: наборщик собирает шрифт в гранки, красит их и делает оттиски), которая бесплатно распространяется в четверг и воскресенье. На 87,7 FM вещает собственная радиостанция. Здесь есть своя полиция, вода добывается из подземных источников на территории фермы, гости могут приобрести свежее молоко, полученное от местных коров пару часов назад. Есть почтовое отделение — прямо с фестиваля можно отправить открытку в любую точку мира, украсив королевскую марку фирменной печатью Гласто.

Фестиваль открывает двери утром среды, а основные сцены начинают работать только в пятницу, поэтому у тех, кто прибывает заранее (а таких, кажется, здесь большинство), есть возможность освоиться и хотя бы приблизительно изучить огромную территорию. А для тех, кто не желал много ходить, уже в среду работали кинотеатр под открытым небом и диджей-кафе.

Художники и самовыражение

В плане визуального искусства этот год стал самым представительным. Огромные плетеные скульптуры Мишель Кейн (волки со скрипками, «мистер и миссис хипстеры» и др.), «упавшие с неба» автомобили, врезавшаяся в землю ракета — то и дело попадались необыкновенные образы, щекочущие воображение. Имитирующая трущобы стена возле блюзовой сцены, деревянные скульптуры в Green Fields, киоски в фрагментах кабины пилотов самолета — все сделано мастерски. Уже упоминавшийся «Block 9» демонстрирует заброшенный городской квартал с лавкой мясника и торчащий из здания вагон лондонской подземки.

В этом году Гластонбери прощался с Дэвидом Боуи, Принцем и Лемми Киллмистром, поэтому мотивы, связанные с этими артистами, нашли свое отражение в оформлении фестиваля. Свод «Пирамиды» венчала молния Зигги Стардаста, «Other Stage» украшал трибьют Лемми — композиция с гаечными ключами, алюминиевым пиковым тузом, двигателем и набором бараньих рогов. По территории Гласто на плечах у хозяйки разъезжала кукла Боуи с тряпичными оранжевыми волосами, а его портреты тут и там встречались на заборах. Музыканты не остались в стороне: песни Принца исполнили Blossoms, Джесс Глинн, микс из его хитов сыграл Fatboy Slim. Madness и The Last Shadow Puppets сыграли песни Дэвида Боуи.

Выяснилось, что в оформлении «Шангри-лы» принял участие художник и музыкант, бывший участник The KLF Джимми Коти, известный также как «человек, сжегший миллион фунтов». Бен Айне, прославившийся своими гигантскими графити в виде букв, которые он рисовал на улицах Лондона, работал над оформлением «Unfairground». И хотя сами мы не смогли в этом убедиться, знатоки сообщают, что особенно внимательные зрители могли заметить несколько графити с надписями вроде «Вы достигли цели», «Очередь здесь» или даже «Фестиваль уже не тот», принадлежащие перу самого Бэнкси, который, по слухам, приезжает сюда каждый год.

Над созданием фирменного стиля Гласто-2016 трудились Стэнли Донвуд и Курт Джексон. Гравюры первого знакомы каждому поклоннику Radiohead — не сложно узнать в иллюстрациях Гласто сходство с обложками альбомов этой группы и сольных записей Тома Йорка. Считается, что Том покровительствует Донвуду, и работает с ним уже более 20 лет. Курт Джексон особое внимание в своем искусстве уделяет проблемам защиты окружающей среды. Для фестиваля он нарисовал афиши, разработал дизайн футболок и сумок, доходы от продажи которых переводятся в благотворительные фонды Greenpeace, Oxfam и WaterAid.

Флаги — такой же характерный элемент Гласто, как грязь или пирамидальная сцена. Над флагами работают и дизайнеры, чьи работы развеваются вдоль основных дорожек и сцен фестиваля, и сами посетители. Флаги являются прекрасными ориентирами как при поиске собственной палатки в море похожих, так и в толпе перед сценой. Флаги гостей очень разные: можно увидеть и государственные полотна, и какие-то тексты или изображения с юмором: «Мамочка здесь», «Мама не хотела, чтобы я был здесь» и т.п. Особой популярностью у собравшихся пользовалось полотно с изображением Эйнсли Хэрриота — известного в Англии шеф-повара, теле- и радиоведущего, автора многих книг поварской тематики, который говорил с флага: «Похоже, пришло время добавить маслица».

Еще одной возможностью для самовыражения гостей являются костюмы. Какие образы тут только не встретишь, фантазия людей поистине безгранична: какие-то ростовые куклы, маски, клоунские парики и конечно, гей-мода: по замечанию много лет посещающих ферму свидетелей, раньше это было достоянием отдельных закрытых сцен, но Гласто принял инъекцию, и теперь латекс, блестки и облегающие шорты распространились по всей его территории. Еще недавно иконой стиля на Гластонбери была Кейт Мосс, показавшая девчонкам, как круто можно выглядеть в шортах и резиновых сапогах, но сегодня ей на смену пришли Кара и Поппи Делевинь — обе были замечены среди отдыхающих вместе с некоторыми другими менее известными у нас моделями.

Грязь объединяющая

Но вернемся к отличительным чертам фестиваля. Конечно же, одной из основных, а возможно и главной его особенностью — просто не хотелось начинать на такой ноте — является грязь. О, да, поистине, «G» в «Glastonbury» — это грязь. Здесь мы научились различать ее разновидности. Бывают лужицы и безобидная жижа, но бывает и до крайней степени вязкая, глубокая, почти моментально застывающая глина. Тут и там можно было видеть душераздирающие картины, когда кто-то застревал, не имея возможности сделать шаг, ему на встречу пробирались герои, которые точно так же застревали рядом. Особенное географическое положение местности связано с перманентными дождями и грязью, но даже по здешним меркам, как признались организаторы, в этом году было что-то из ряда вон.

Но грязь, как говорится, объединяет. Студенты и топ-менеджеры, волонтеры и селебрити, простояв до 12 часов в пробках, надевают сапоги, и дружно идут месить эту жижу и испытывать определенные бытовые неудобства. И ведь многие не просто хотят приехать – они борются за это право. Билеты на фестиваль, проходящий в конце июня, поступают в продажу еще осенью, и как правило раскупаются за пару часов. Чтобы просто получить шанс приобрести билет, необходимо заполнить подробную регистрационную форму и приложить фотографии — операция сравнима с получением визы. Да и сами билеты не дешевы даже по британским меркам: в этом году простой входной билет с правом размещения палатки в одном из кемпингов стоил 230 фунтов стерлинга (дети до 12 лет бесплатно), добавьте к этому стоимость проезда до места проведения фестиваля (минимум 70 фунтов из Лондона и обратно) или оплату парковки (35 фунтов), если вы на личном авто. 120 тысяч билетов были проданы 4 октября за полчаса, еще даже до объявления хедлайнеров.

Нельзя не вспомнить Kubana и не посочувствовать Илье Островскому, которого критиковали за фестиваль: «Ой, сегодня подул ветер, и нашу палатку занесло песком», «А вот тут не вычистили туалет». Илья и пытался объяснять, что это, к сожалению, неизбежное явление для подобных мероприятий, и приводил в пример английский фестиваль, но, пожалуй, это сложно понять, не прочувствовав. А что уж говорить о том, что чиновникам всюду виделся «разврат» — ярко одетым счастливым людям, по их мнению, место где-нибудь в «гейропе» — ну вот и проводится Kubana теперь в Риге, а у нас не осталось ни одного приличного рок-фестиваля с зарубежными артистами. Гластонбери утопает в грязи, здесь не все идеально с чистотой туалетов, очень сыро и холодно ночью. Но это никому не мешает! И никому не пришло в голову на это пожаловаться.

Люди

Можно проносить алкоголь и употреблять его где угодно, можно курить, и не только табак, можно услышать нецензурную лексику со сцены или критику в адрес премьер-министра, здесь полно радужных флагов. Все раскованы, но при этом за все время фестиваля не случилось ни одного мало-мальски заметного конфликта. Если кому-то что-то не нравится, это не высказывается вслух, и уж тем более, не идут в ход кулаки. Персонал учтив и доброжелателен, любой штатный сотрудник или волонтер со всем вниманием выслушает твой вопрос, подскажет, пояснит, проводит. Вот что можно было бы кратко сказать о людях Гластонбери.

Но люди есть люди, и хватило места как неожиданно приятным, так и не очень, эпизодам. Так, уже во вторую ночь наш походный стульчик встал на ноги, и ушел гулять, прихватив насос для матраца. Зато в автобусе, когда мы невыносимо долго толкались в пробке и мучились жаждой, один парень умудрился во время одной из вынужденных остановок сбегать в магазин, купить сока и снеков, и просто одарить ими всех пассажиров.

Не удержусь от лирического отступления: поразила выносливость английских девушек. Сидеть прямо на бетонном полу на автовокзале, нести огромные рюкзаки и толкать застревающие в грязи тяжелые тележки — это настолько обычное дело, что просто никак не отражается на их лицах. Ходят босиком, раздеты в +15 по Цельсию, в то время, как мы с тоской вспоминаем оставленные дома пуховики...

Неофициальным гимном фестиваля стала песня Oasis «Wonderwall»: ее напевали охранники, на раз-два подхватывали в толпе, она звучала из колонок в забегаловках. Иногда ее сменяла еще одна популярная тема: с удовольствием хором распевался припев «Freed from Desire» итальянки Gala — песенки, которая вышла в Великобритании еще летом 1997 года, и, что называется, выстрелила: продержалась в Топ-10 целых восемь недель, и «ушла в народ».

Каждый, кто узнавал, что мы из России, несколько раз переспрашивал: что, серьезно? Из Москвы? В Гластонбери? Не шутишь? Отношение к нам было одинаково добродушным. «Oh, Russia... Strong!» — ответил на рукопожатие темнокожий атлет, раза в два крупнее меня. Вот уж спасибо нашим футбольным фанатам — поработали над имиджем нации. В числе наших соседей по кемпингу были и две девушки из Сингапура. Оказалось, что одна из них работает в локальной версии веб-журнала «Buro 24/7», основанного россиянкой Мирославой Дума. Услышать же русскую речь на Гласто нам не довелось. Правда, на стене посланий была обнаружена кириллическая надпись «Привет». И еще однажды мы повстречали флаг с таким знакомым золотым двуглавым орлом, но выяснилось, что геральдика не имеет отношения к России — это был флаг Черногории.

Наша страна была представлена на фестивале театром blackSKYwhite, показавшим спектакль «Имитатор Дей». Этот театр обладает двумя главными наградами эдинбургского фестиваля FringeFirst (инновации в театре и выдающийся новый спектакль), возможно вы захотите познакомиться с ним поближе — в сентябре «Имитатора» можно будет увидеть в Москве. А вот от Украины на Гласто был музыкальный коллектив. ДахаБраха — это этно-хаос группа, обладательница премии Сергея Курехина в сфере современной музыки (2010). Выступала в пятницу днем, вскоре после открытия основной программы, на сцене «West Holts» (в тот же день на этой сцене выступали Рошин Мерфи и Underworld).

Нельзя обойти вниманием тот факт, что Гластонбери-2016 проходил в дни, когда страна принимала судьбоносное решение: остаться в Евросоюзе или вернуться в самостоятельное плавание. По статистике, желание выйти из союза было прямо пропорционально возрасту голосовавших: молодые хотели остаться, пожилые — уйти. Известно, что 83% посетителей Гласто высказались против перемен, тем не менее, результаты референдума оказались не в их пользу. Некоторые артисты посчитали необходимым как-то прокомментировать это, но видно было, что сказать особо нечего: «Немного непонятно и необычно то, что происходит со всеми нами в данный момент, и мы должны заботиться друг о друге» — заявила Адель. Днем в пятницу над полем уже развевался синий флаг Евросоюза с вписанным в круг из звездочек грустным смайликом. Но этим все и ограничилось.

Быт

На фестивале не было проблем с питанием, в огромном количестве кафешек и вагончиков была представлена кухня всего мира, правда, преимущественно, в формате фастфуда: разнообразные хот-доги, тако, пиццы, мисо-супы, пироги и shawarma, множество сладостей. В местной газете даже печатался «ресторанный обзор». Хорошо был представлен общепит для веганов и вегетарианцев. Продавцов ориентировали на среднюю цену блюда в 5 фунтов — с этой целью проводилась специальная кампания. И все же, если вы хотели позавтракать поплотнее, нужно было заплатить больше: традиционный full english breakfast без напитков стоит 8,50 — примерно на 50% дороже, чем в столице. Интересный нюанс: иногда продавцы указывали цены без разделителей порядка, и тогда они выглядели как рублевые — при курсе около 100 рублей за фунт на тот момент, получалось, что 8,50 соответствовало 850 рублям. Справедливости ради, отметим, что при желании можно было перекусить и вовсе бесплатно: например, получить тарелку вегетарианской еды в тенте у кришнаитов.

Главный слоган Гластонбери звучит так: «Love the Farm, Leave no Trace» («Люби ферму, не оставляй следов»). Организаторы очень обеспокоены проблемами экологии и стараются создать все условия для раздельного сбора мусора и его последующей переработки, не разрешают разливать напитки (в основном пиво Tuborg и местный сидр Thatchers) в пластик и продвигают стальные бидончики (за те же 5 фунтов), которые всегда можно бесплатно пополнить чистой водой в Water Kiosk. Но особенное беспокойство у них вызывает такой неудобный момент, как опустошение мочевого пузыря в неположенных местах: «Don’t pee on the Land» — под таким девизом проводился конкурс на лучший тематический плакат, об отравлении почвы гостями фестиваля при каждом удобном случае говорил и хозяин фермы мистер Ивис. Для отдыхающих по всей территории фестиваля были установлены 3000 туалетов и сотни метров писуаров, возле них располагались емкости с дезинфицирующей жидкостью для мытья рук. Не хочется вдаваться в подробности, но вынуждены заметить, что далеко не каждый отнесся к просьбам приглашающей стороны со всей ответственностью. Да и организаторы справлялись не всегда: через два-три дня многие туалеты пришли в плачевное состояние, жидкость для мытья рук закончилась, а мусор начинал скапливаться вокруг переполненных баков.

Душ — пожалуй, самая большая проблема на Гласто. Несколько кабинок — возле лагеря Greenpeace (разумеется, вода в них подогревается солнечной энергией) и еще немного в другом месте — для полутора сотен тысяч гостей это капля в море. Надо быть готовым к тому, что в течение пяти суток поддерживать чистоту тела придется довольно условно. Больше повезло тем, кто имел доступ в «Hospitality» — гостевую территорию для приглашенных знаменитостей, представителей прессы и прочих счастливчиков: принять душ для них задача решаемая, хотя отстоять в очереди час все равно придется. Еще на карте отмечена сауна, но это терра инкогнита: все о ней знают, но почему-то никто не бывал.

На территории фестиваля работает множество бесплатных камер хранения, где можно оставить ценные вещи, чтобы не носить их постоянно при себе. Оставлять что-либо в палатке организаторы настоятельно не рекомендуют. На стойках информации всегда можно получить бесплатные презервативы. Зарядить телефон можно в тенте сотового оператора, там же есть wi-fi. Но очередь к этому благу цивилизации не меньше, чем к душевым кабинкам. Нам также повстречалась одна палатка, где за 4 фунта можно было оставить телефон на зарядке на пару часов.

Советы по размещению

Карта территории фестиваля Glastonbury
Карта территории фестиваля Glastonbury

В связи с вышесказанным, хочется дать совет тем, кто решит открыть для себя этот во всем остальном прекрасный остров свободы и бесконечного праздника: позаботьтесь о себе сами, запаситесь с избытком необходимыми средствами дезинфекции, салфетками и туалетной бумагой. Ну и, продолжая пятиминутку добрых советов: возьмите с собой достаточно теплых и желательно непромокаемых вещей, потому что днем здесь бывает даже жарко, но ночами всегда очень холодно и сыро, а до выносливости английских девушек нам как до Луны.

Жить на территории фестиваля можно только в палатке. Никаких ограничений на размер устанавливаемых палаток нет: если дотащите до места дом на 12 персон — на здоровье. VIP-альтернативой в понятиях Гласто являются «Tipi» — индейские вигвамы, которые часто фигурируют на фотографиях и постерах фестиваля. Но аренда такой «люксовой» палатки обойдется почти в 1000 фунтов, и это более-менее подходящий вариант только для компании друзей, потому что сумму можно разделить на шестерых — именно столько спальных мест в вигваме.

Элитным вариантом проживания на фестивале является проживание... вне фестиваля. В двух милях от фермы можно разместиться с комфортом в домике для компании из 6-8 человек. Но это удовольствие обойдется уже в 3500 фунтов (более 300 тысяч рублей) за 5 ночей.

Важно, что на территории фестиваля можно приобрести любое снаряжение и вообще все необходимое — от кружек и салфеток до палаток и походных кресел. Так что, при желании, можно приехать и вовсе с пустыми руками (вот почему у некоторых из багажа было только несколько ящиков пива), но нужно быть готовым заплатить за такую роскошь минимум в два раза дороже, чем в любом местном супермаркете. А вот желающих уехать налегке стабильно много, и несмотря на просьбы организаторов, часть гостей бросают на ферме свои палатки, оставляют столы и стулья, а на стоянке образовывается куча из резиновых сапог. Говорят, ферму после «нашествия» приходится очищать в течение месяца — такие издержки.

Что касается оптимального места размещения, то здесь советы давать сложно. У каждого из многочисленных кемпингов есть свои преимущества и недостатки. Пожалуй, нужно исходить из того, у какой сцены вы планируете проводить больше времени, насколько сильным раздражающим фактором для вас является шум, близость туалетов или баров. Оптимальным представляется расположиться в центре, в кемпинге «Oxlyers Campsite» — отсюда одинаково удобно добираться до любой сцены фестиваля, прямо перед вами будет «Other Stage», а до «Пирамиды» — минут 5-10 приятной неспешной ходьбы по лужам. Здесь равнина, и все необходимое рядом, но в то же время, так как это «центровое» место, нужно быть готовым к тому, что движение возле лагеря не прекратится до утра: те, кто будет идти после концертов на «Пирамиде» потанцевать в «Аркадию» или придти в себя в «садике тишины» —, скорее всего, будут проходить через «Oxlyers». Но если вы и сами рассчитываете зажигать до утра, то наверное лучше места не найти: возвращаться сюда легко и приятно. А вот жить у «Пирамиды» — это испытание: палатка будет стоять на холме, спать придется под уклоном, а из-за тесноты кемпинга у вас почти не будет свободного личного пространства снаружи. Тем не менее, возможно, и такую жертву стоит принести, чтобы увидеть концерт Адель, не поднимаясь с матраца.

На память

Увезти с собой много разнообразного фирменного мерча с Гласто не получится: здесь нельзя даже приобрести так любимые многими магниты на холодильник, есть только майки (15-20 фунтов, детская — 12) и железные кружки (10 фунтов). Если постараться, можно раздобыть постер. Вполне сойдут за сувениры бесплатно раздаваемые на входе традиционные тряпичные сумки (если они к концу фестиваля не потеряют вид или не потеряются вовсе) и миниатюрные бэджи-путеводители — вот, пожалуй, и все. Но майки и кружки можно заказать с доставкой на дом, даже не выходя из квартиры в России, поэтому их эксклюзивность не так уж высока. Пожалуй, лучше всего настраиваться на «flow», приехать и постараться погрузиться как можно глубже в этот красочный океан музыки и драйва, поменьше думая о материальном. Тогда можно будет привезти домой яркие впечатления и воспоминания — вот что по-настоящему бесценно и останется с вами навсегда.

Мерчендайз фестиваля Glastonbury
Мерчендайз фестиваля Glastonbury


P.S.

Glastonbury Live - Stand as One
Glastonbury Live — Stand as One

11 июля в цифровом формате и 29 июля на CD выйдет сборник «Stand As One» — первый в своем роде живой альбом, в который войдут записи выступлений Coldplay, Muse, Foals, Sigur Rós, The Last Shadow Puppets, Chvrches, Wolf Alice, Two Door Cinema Club, Editors и других. Доходы от продажи записей поступят в фонд Oxfam, оказывающий помощь беженцам во всем мире. Предзаказ на диск открыт на сайте фестиваля.

Фото: Наталья Словаева, Андрей Мальцев

Андрей Мальцев, 05.07.2016

Поделитесь ссылкой на эту статью