Поиск по сайту

Способы борьбы с демонами. Интервью с Джимми Некко (Ours)

Джимми Некко, Ours

Джимми Некко — лидер американской альт-рок группы Ours, которая в минувшей декаде выпустила несколько альбомов, в том числе два с продюсерами первого эшелона Стивом Лиллиуайтом и Риком Рубином, а в 2013-м опробовала краудфайндиногвую платформу «Pledge», посредством которой записала свою самую искреннюю работу «Ballet the Boxer 1». Джимми уважаем в профессиональной среде, в его послужном списке значится сотрудничество с Velvet Revolvers, Neverending White Lights, Полом Воктором-Савоем (A-Hа), запись саундтреков к различным телевизионным шоу и фильмам «Человек-паук», «Охотники за головами», «Цель номер один»; многие музыканты почли за честь пригласить Ours в свои турне — среди них Filter, Blue October и Питер Мерфи, а так же группа A-Ha, на разогреве у которой Ours играли во время прощального турне норвежцев в 2010-м. Анастасия Кошелько побывала в США и пообщалась с Джимми Некко после одного из концертов тура в поддержку нового альбома.


В день концерта мы болтали с Джеймсом Вилла, профессиональным концертным фотографом, согласившимся сделать несколько снимков для нас, в далласском клубе «The Prophet Bar», ожидая начала выступления Ours. Мимо нас прошел худощавый парень, улыбнулся и поздоровался. Джеймс сказал: «Это Джимми, фронтмен группы. Вот увидишь, Ours просто потрясающие музыканты!». Он оказался прав: с первых нот «Pretty Pain» и до завершения концерта песней «Fallen Souls» в зале царила особая энергетика, объединяющая музыкантов и аудиторию. Все еще будучи под впечатлением от концерта, я прошла в гримерку, чтобы записать интервью. «Привет, как ты?» — первым спросил Джимми.

Спасибо, все отлично. Хочу задать тебе пару вопросов. Сейчас вы с группой завершаете тур в поддержку нового альбома «Ballet The Boxer 1». Как все прошло?

Обычно после завершения записи проходит от трех месяцев до полутора года, пока альбом представляется прессе. После того как люди ознакомились с записью, группа отправляется в тур. С новым альбомом мы сделали все одновременно: закончили запись в студии и сразу же отправились в тур. Одним словом, сейчас, когда мы приближаемся к его завершению, люди только начинают узнавать новый материал. В этом году у нас был совмещенный тур: мы выступали в качестве хедлайнеров, в основном в клубах с достаточно приватной атмосферой, вроде этого, а также играли на больших площадках с Питером Мерфи. Все концерты были потрясающими, везде отличная аудитория, мы получили большое удовольствие! Так что все действительно прошло очень хорошо.

Если судить по тому, как прошел сегодняшний концерт, то аудитория тоже довольна. В чем секрет успеха?

Для нас главное быть в контакте с людьми и уметь передать энергетику слушателям. Мы стараемся найти такое состояние, которое является комбинацией спокойствия и стремительного движения одновременно. Мне нравится почувствовать это настроение самому и потом разделить его с аудиторией. Выходить на сцену просто для того, чтобы отработать выступление, говоря одно и то же или повторяя заготовленные заранее ходы — не дня меня.

Джимми Некко, Ours. Photo by James Villa
Джимми Некко, Ours. Photo by James Villa

Во время этого тура группа много общается с публикой. В прошлом, наоборот, было больше выступлений с затяжными джем-сессиями, во время которых могло показаться, что ты сам был отстранен, сосредоточен на музыке, будто находился в другом измерении, а не присутствовал здесь и сейчас.

В жизни группы было много разных этапов, иногда нам казалось, что мы расправляем крылья и отправляемся в своеобразное музыкальное путешествие, отличное от исполнения коротких стремительных песен. В этот раз мы, наоборот, хотели построить сет-лист таким образом, чтобы иметь мгновенное воздействие на аудиторию. Сильное начало, потом небольшой спад напряжения, а затем движение дальше. Возможно, когда мы играем затяжные джем-сессии, со стороны это выглядит как отрешенность, но сам я чувствую себя более вовлеченным именно в такие моменты.

Альбом, с которым вы сейчас находитесь в туре, был выпущен с помощью краудфандинговой платформы. Когда ты впервые задумался о выпуске альбома независимо от лейблов и почему ты это сделал, имея за плечами богатый опыт работы с ведущими звукозаписывающими компаниями и лучшими продюсерами?

Это началось еще в 2007-м, когда мы были в туре с альбомом «Mercy». Мы начали думать о новых формах записи музыки...

Так давно?

Да, мы задумались об этом давно. В то время еще не были популярны «Pledge» или «Kickstarter», и нашей идеей было объявить сбор предзаказов на альбом через наш сайт www.ours.net. Мы рассуждали так: если соберем 10 тысяч взносов, то этого будет достаточно, чтобы записать альбом. А потом стали появляться краудфандинговые платформы. Мы научились многому, работая с большими звукозаписывающими компаниями, получили ценный опыт. Деньги, которые выделялись на запись альбомов, предоставляли нам огромные возможности. Но вот что начало происходить... С одной стороны, есть шоу-бизнес и звездность, а с другой — есть музыка. Когда шоу и звездность выходят на первый план, ты начинаешь понимать: вау, а музыка-то на самом деле не имеет никакого значения! И это очень обескураживает. Потому мы хотели отойти от всего этого, следовать своим путем в творчестве и создавать музыку так, как мы сами того хотим. Это очень раскрепощает. Опыт записи альбома через «Pledge» в целом был положительным, люди оказали большую поддержку.

А ты бы пошел еще на одну краудфандинговую кампанию теперь, когда ты можешь оценить преимущества и недостатки обоих способов выпуска альбомов?

Я думаю, что мы уже готовы делать все самостоятельно. На нашем сайте есть онлайн-магазин, который позволяет использовать ту же процедуру, что и любая краудфандинговая платформа. Но я хочу отметить то, что сотрудники «Pledge» были очень внимательными по отношению к нам, помогали во всем...

Ours - Ballet the Boxer 1
Ours - Ballet the Boxer 1

Пресса отмечала, что некоторые поклонники были слегка разочарованы новым альбомом, и казалось, что они высказываются так именно потому, что сделали предварительный взнос на запись альбома...

Ожидание всегда таит в себе опасность разочарования. Я слушал новый альбом снова и снова, и очень доволен тем, что получилось. Альбом полон эмоций, такое ощущение, что в каждой песне мы смогли высказать все наши мысли, раскрыть наши сердца, а его звучание просто поражает меня, за что огромное спасибо Генри Хершу. Поэтому я считаю, что единственная причина, по которой люди могут не принять альбом сразу, — это то, что у них были особые ожидания. Вот, к примеру, возьмем такую группу как U2: если на момент выхода альбома «Achtung Baby» ты ожидаешь повторения «Joshua Tree», то будешь разочарован. Для меня «Achtung Baby» — лучший альбом группы. Но в то время каждый спешил высказать свое недовольство только потому, что все ждали именно нового «Joshua Tree». Теперь возьмем Radiohead. На момент выпуска «OK Computer» многие говорили, что это не «The Bends», но это и не должен был быть «The Bends». А ты знаешь, что выход «What’s Goin On» Марвина Гэя чуть не отменили? Звукозаписывающая компания посчитала, что это ерунда, потому что пластинка звучала не так, как все ожидали от Марвина. Любой творческий человек должен развиваться и следовать за своим вдохновением. Те три альбома, о которых я сейчас говорил, являются моими любимыми, и они значительно превзошли во всем предшествующие альбомы этих групп. Во мне очень много разной музыки, и я не уверен, знают ли люди о том, что собой представляют Ours на самом деле.

Вполне возможно, что что-то похожее происходит сейчас с новым альбомом Ours... А ты когда-нибудь читаешь, что пишут о вас в прессе?

Обычно нет. Не думаю, что это было бы полезно для меня, скорее, стало бы проблемой. Однако я всегда реагирую на то, что у меня спрашивают напрямую, и в этом случае все зависит от того, в каком тоне задавались вопросы и не кажется ли мне, что человек ведет себя так, будто ему нужно сделать домашнее задание. Часто все повторяется, мне задают одни и те же нетактичные вопросы. Иногда я теряю терпение, но ведь никто не идеален. Но я видел много материалов в прессе, связанных с выходом нового альбома, потому что мой менеджер хотел, чтобы я это видел. И кажется что все, что было написано, было хорошо. Хотя не уверен, что это может значить...

Ours - Devil EP. Photo by Melanie Swerdan
Ours - Devil EP. Photo by Melanie Swerdan

С какой песни ты понял, что вот теперь можно начать работу над новым альбомом?

Скорее всего, это была песня «Devil». Да, думаю, что «Devil», «Sing» и еще одна песня «Autumn» стали началом. В результате «Autumn» не попала в этот альбом, но мы не забыли об этой песне. Просто она не сочеталась с материалом, который лег в его основу. Мне порой сложно выбрать песни, которые будут включены в альбом, потому что я много пишу, и пишу очень разные песни. «Autumn» долгая и завораживающая, требует терпеливого восприятия. Она была одной из песен в нашем сет-листе в то время, о котором ты упомянула ранее, сказав, что были периоды, когда могло показаться, что во время выступления мы как бы не присутствовали в действительности. Не могу с этим согласиться. Как раз во время исполнения этих песен я чувствую себя более присутствующим здесь и сейчас, чем когда-либо.

Ты сказал, что доволен тем, каким получился альбом. Он был хорошо принят прессой. Многие поклонники признаются, что альбом у них постоянно в плей-листе с первого дня его выхода. Все указывает на то, что «BTB 1» имеет больший коммерческий потенциал, чем, скажем, «Mercy». Учитывая это, ты никогда не сожалел, что выпустив альбом посредством краудфандинга у группы не будет поддержки крупной звукозаписывающей компании для его раскрутки?

Я бы сказал, что у этого альбома самый большой коммерческий потенциал в сравнении с нашими другими работами, и он был выпущен на наши средства. Но, конечно же, бюджет для раскрутки был бы очень кстати.

В названии альбома присутствует цифра 1. Теперь все спрашивают, что это значит.

У нас есть много песен...

Значит, будет «Ballet the Boxer 2»?

Возможно, будет...

А что означает это название?

Это значит, что нужно искать новые способы борьбы с демонами.

Ours. Photo by James Villa
Ours. Photo by James Villa

Самая неожиданная песня на новом альбоме — «Been Down», которая, без сомнения, является самой чувственной песней, когда-либо исполнявшейся Ours. Как родилась идея записать песню в нехарактерном для вас стиле соул?

Мне нравится музыка соул, у меня есть много песен в этом стиле. «Been Down» попала в этот альбом, потому что в ее написании принимали участие все члены группы, и это было очень естественно. Поэтому она подходила, даже если по звучанию отличалась от других песен. Обычно я не люблю отходить от основного направления звучания записи, но в этот раз почувствовал, что так будет правильно.

«Ballet The Boxer 1» отличается от предыдущих записей более «живым» звучанием, в этом он близок ко второму альбому «Precious». Это было сделано намеренно?

Ну, есть определенное стремление, которое, как я чувствую, мы наконец-таки смогли передать в этом альбоме, то, что мы старались передать в каждом альбоме. «Precious», в частности, не оправдал моих надежд, несмотря на то, что в этом альбоме есть несколько очень хороших моментов и это очень искренняя запись. Мы начинали записывать «Distorted Lullabies» (первый студийный альбом. — Прим. авт.) с Генри Хершем и с тех пор старались воссоздать его звучание. Было просто потрясающе записать новый альбом именно с ним.

Обычно при записи альбома ты сам играешь на нескольких инструментах, если не на всех сразу. На чем ты играл во время записи этого альбома?

В этот раз я играл на ударных и барабанах, бас-гитаре, фортепиано и клавишных, ну и пел, конечно же. Но это не значит, что я играл на всех этих инструментах при записи каждой песни. В запись альбома внесли вклад многие люди. Я просто переключался с одного на другое в зависимости от того, что было необходимо в какой-то определенный момент.

Были ли какие-то непредвиденные трудности во время записи альбома?

Мы столкнулись со многими трудностями. Со многими... Зачастую просто не хватало денег, но мы назначили дату релиза, и я не хотел ее менять. За время работы над альбомом я болел всего один раз, и это случилось как раз в тот момент, когда мы записывали вокал. Это был большой вызов, особенно для человека, который не использует автокоррекцию голоса. Но болезнь открыла в моем голосе такое звучание, которое я использовал как преимущество. Вокальные партии для этой записи самые сложные, которые я когда-либо писал для себя. Даже несмотря на то, что в этот раз я отошел от интенсивного крика, оказалось, что взять определенные ноты еще сложнее, если не «прокрикивать» их.

У тебя есть какие-то секреты, как поддерживать голос в таком хорошем состоянии, чтобы всегда уметь легко (как это кажется со стороны) брать любые ноты и переходить от страстного крика на деликатный фальцет и наоборот?

Мне приходится придерживаться строгого режима, чтобы сохранять голос. Много воды, легкое питание, минимум восемь часов ночного сна, отсутствие кондиционеров, никаких медикаментов, много средств для горла, и, это покажется забавным, но должна быть паста каждый день. Алкоголь, кофе, содовая и соки — все это вредно для моего голоса.

Джимми Некко, Ours. Photo by James Villa
Джимми Некко, Ours. Photo by James Villa

Еще ты преподаешь вокал в «The School of Rock». Когда и почему ты начал преподавать в музыкальной школе? Было ли это потому, что твоя дочь начала заниматься музыкой?

Когда мы закончили тур в поддержку альбома «Mercy», я искал возможность немного отойти от всего этого. И одновременно присматривал место, в котором моя дочь смогла бы посещать уроки фортепиано. На квартал выше нашего дома была школа, и мы решили проверить ее. Я подружился с ее владельцем и начал помогать ему каждый раз, когда был поблизости. Все это время я давал уроки исключительно тем детям, которые не знакомы с моей собственной музыкой. Но я уже готов открыть программы, которые будут доступны для посещения всем, кто заинтересован.

Некоторые из твоих песен были написаны много лет назад. Смысл, который ты вкладывал в тесты, меняется для тебя со временем?

Смысл песен, которые я написал почти 20 лет назад, в 1997 году, для нашего первого студийного альбома «Distorted Lullabies», все тот же для меня и сегодня. Однако бывает так, что я могу писать что-то и не понимать, через что я прохожу в этот момент, до тех пор, пока не оглянусь назад. В таких случаях песни становятся еще более значимыми для меня.

Ты отличаешься особой искренностью, очень открыт в своих песнях. Когда-нибудь появлялось чувство, что ты не хочешь исполнять песню, потому что она слишком личная для тебя или что она напоминает о чем-то, о чем ты не хотел бы вспоминать, чтобы не переживать это вновь? Я имею в виду песню «The Worst Things Beautiful», потому что в прессе мелькала информация об этой песне, но я не уверена, что это правда... Писали, что ты был близок к самоубийству и твой сын позвонил тебе как раз в тот момент, когда...

Ну (задумался)... я чувствовал себя не очень хорошо... Потерял надежду... в том смысле, что я, конечно, не брался за нож или пистолет, но я чувствовал себя не очень хорошо. Я находился в таком состоянии несколько раз, и мои дети помогали мне преодолеть его. Моя любовь к ним и ответственность напоминали, почему я должен думать о себе самом и даже преодолевать самого себя.

А они знают о значении этой песни?

(Задумался.) Я думаю, что знают...

Твои дети в каком-то смысле следуют по твоим стопам: сын профессионально занимался спортом, дочь поет. Никогда не пытался защитить их от того, чем сам занимался в юности и от чего пришлось отказаться, как, например, было, когда годы упорных и успешных занятий велогонками BMX закончились тем, что ты сдал все свои спортивные трофеи на металлолом! Или это всегда их личный выбор?

Мой сын уже больше не занимается спортом, сейчас он учится на врача. Моя дочь любит петь. Все, что они делают, это их личный выбор. Я могу что-то советовать и рекомендовать, но они должны жить так, как сами того хотят. Я всегда поддерживаю их выбор, как только могу. А что касается моих спортивных наград, я очень гордился ими, но они занимали почти три спальни в нашем доме. Все стены от пола до потолка. Тысячи значков. Некоторые, особенно важные награды я сохранил, но я не из тех, кто оглядывается назад.

Ours. Photo by Michael Maxxis
Ours. Photo by Michael Maxxis

Еще ходили слухи о том, что ты хотел поменять название группы...

Я сам никогда не хотел менять название, но звукозаписывающие компании хотели, чтобы я сделал это в определенный момент. Была еще пара неприятных моментов, которые всплыли в то время, когда наша группа уже существовала достаточно долго. Например, французская группа, которая назвала себя Le Ours или что-то в этом роде. Я не знаю, как им это удалось, потому что название Ours принадлежит нам уже очень давно и зарегистрировано. Также есть группа, которая называется The Hours (произносится так же, как Ours. — Прим. авт.), что слегка раздражает. Но я всегда любил название нашей группы и верил в его значение.

Потому что оно отражает вашу связь с поклонниками?

Да.

В прошлом у тебя было много совместных проектов с другими музыкантами. Среди них Пол Воктор-Савой (A-Ha). Расскажи о вашем сотрудничестве, планируете ли вы что-то в будущем?

Мне очень нравилось работать с Полом, но я хотел поднять наше сотрудничество на другой уровень и начать работать над песнями вместе. Предполагаю, что Пол не был заинтересован в таком виде сотрудничества, поэтому наш проект самораспустился.

А что скажешь по поводу Velvet Revolvers? В некоторых интервью Слэш говорил, что ты именно тот вокалист, с которым он хотел бы поработать, но ваши планы никогда не совпадают. Всякий раз, когда они хотели, чтобы ты присоединился, у тебя были какие-то свои проекты...

Я на самом деле получил большое удовольствие, играя вместе с ними, и открыт для сотрудничества в будущем.

Работая с различными артистами, вы также ездили с ними в туры в качестве поддержки. Чья аудитория лучше всего принимала музыку Ours?

Тур по Европе и Британии с А-Нa был просто мечтой. Невероятные ощущения. Каждый вечер тысячи людей, новые площадки, слышать и видеть А-Нa... Мечта стала реальностью. Я всегда буду признателен Полу и А-Нa за предоставленную возможность и за их теплое отношение к нам. Было еще несколько туров, во время которых аудитория хедлайнеров принимала нашу музыку очень хорошо, — это Powderfinger, Filter, Blue October и Питер Мерфи. Ранее мы ездили в тур с Питом Йорном, и те выступления тоже были очень хорошими, но я думаю, что на тех концертах среди аудитории было достаточно наших собственных поклонников.

Совсем недавно было выпущено видео на песню «Devil», которое идеально отражает суть песни. Но те, кто следит за творчеством группы, знают, что для этого видео были использованы материалы, снятые для короткометражного фильма «8 for Infinity», на создание которого режиссера Майкла Максиса вдохновила ваша песня «Autumn». Все, кто видел заготовки к «8 for Infinity», были поражены самим фильмом и тем, как ты играешь в нем. Будет ли выпущена его окончательная версия и задумывался ли ты когда-либо о карьере актера?

Это зависит от моего друга Майкла Максиса. Мне понравилось сниматься, и я определенно принял бы вызов повторить этот опыт, если в будущем будет интересное предложение.

Что ж, большое спасибо тебе за такую интересную и искреннюю беседу. Остался последний вопрос: настоящий рок-н-ролл жив?

Он живет в моем сердце...

Послушать новые треки можно на официальной странице Ours в Facebook.

Оригинал интервью был опубликован в журнале «Эго». «Трилл» публикует собственную редакцию текста с разрешения издания и автора.

Анастасия Кошелько, 21.09.2013

Поделитесь ссылкой на это интервью